fbpx

Холодный Ю.И. Криминалистические исследования с применением полиграфа и судебно-психофизиологическая экспертиза

Холодный Ю.И. Криминалистические исследования с применением полиграфа и судебно-психофизиологическая экспертиза

Весной 1993 года опросы с использованием полиграфа (ОИП) были разрешены к применению в оперативно-розыскной деятельности (ОРД) на территории России. За истекшие годы применение полиграфа в правоохранительной практике неуклонно растет из года в год, и уже не ставится под сомнение эффективность его применения в ходе ОРД. при отборе и контроле деятельности кадров. Метод ОИП признан отечественной криминалистикой, а анализ естественнонаучных и теоретических основ метода ОИП дал возможность пополнить криминалистическую науку новыми знаниями, расширить и уточнить содержание некоторых важных её положений.

Итак, что же нового внес метод ОИП в отечественную криминалистику?

  1. Обнаружение ранее незамеченных свойств идеальных следов. В криминалистике устоялось мнение, что идеальные следы (образы) в сравнении с материально фиксированными следами обладают тремя отличиями, а именно:
    — идеальные следы недоступны для их непосредственного исследования;
    — доступ к исследованию идеального следа возможен только после его материализации (осуществляется человеком, владеющим этим следом, путем его устной или письменной речи, либо двигательной активности (рисунка, схемы));
    — материализованные идеальные следы более информативны, поскольку способны отражать такие характеристики (обстоятельства) событий внешнего мира, которые не могут быть отражены в материально фиксированных следах.

Исследование идеальных следов с позиций технологии ОИП позволило описать новые их свойства, которые не привлекли внимание криминалистической пауки ранее. В частности, было обнаружено четвертое свойство — материализация идеального следа происходит при совместном действии объективного фактора — забывания (естественное разрушение идеального следа) и одного или нескольких субъективных факторов, каковыми являются:

  • условия и обстоятельства восприятия, запоминания и, в последующем, воспроизведения человеком событии внешнего мира;
  • физическое и эмоциональное состояние человека;
  • его культурные и национальные особенности;
  • возможно, умышленное искажение идеальных следов при их материализации, обусловленное мотивами или интересами человека, и проч.

Наконец, пятое свойство идеального следа. Известно, что материально фиксированным след доступен как естественному (действие природных, техногенных, временных и иных факторов), так и умышленному разрушению (намеренные действия со стороны человека). В отличие от него, идеальный след подвержен исключительно естественному разрушению (действие объективного фактора — забывания), доступен умышленному искажению при материализации, но недоступен умышленному разрушению (человеку пс дано намеренно, по своему усмотрению, забыть что-то из событий прошлого). Личностно-значимые события запоминаются на всю жизнь: «следы событий прошлого, хранящиеся в эмоциональной памяти человека, практически неуничтожимы на протяжении всей жизни человека… Удавалось успешно выявлять в памяти следы событий, удаленных в прошлое на 20 лет и более».

Именно пятое свойство — недоступность памяти человека для умышленного уничтожения в ней идеальных следов личностно-значимых событий прошлого — лежит в основе прикладной эффективности метода ОИП.

  1. Создание условий для объективного исследования наличии идеальных следов событий в памяти человека. До недавнего времени процесс материализации идеальных следов (например, в ходе допроса человека), является субъективным актом, и контролировать его в полной мере внешний наблюдатель не мог. Обладатель этих следов (обвиняемый, подозреваемый и проч.) материализовывал их бесконтрольно, по своему усмотрению и мог умышленно скрыть какую-то их часть. При отсутствии у следователя информации, поступившей из независимых источников, оцепить качество таких материализованных идеальных следов было весьма непросто.

В таких ситуациях применение ОИП:

1) дает возможность объективно выявлять в памяти конкретного человека идеальные следы скрываемых им событий или их обстоятельств;

2) делает идеальные следы доступными объективному исследованию до их материализации (т.е. и без материализации);

3) позволяет объективно обнаружить наличие (или отсутствие) умышленных искажений при материализации основных, принципиально важных для раскрытия и расследования преступления или профилактики правонарушений обстоятельств

Вхождение ОИП в систему методов и средств криминалистики качественно изменило существовавшее положение: полиграф два возможность объективно выявлять и исследовать идеальные следы событий, хранящиеся в памяти человека; ранее такое было принципиально невозможно.

  1. Уточнение и дополнение объектов криминалистической диагностики. Проведенные исследования привели к необходимости уточнения некоторых базисных понятий криминалистической диагностики. В частности, было установлено, что при проведении ОИП диагностирующими объектами идеальных следов, сохранившихся в памяти человека, могут выступать:
  • в случае зрительного восприятия (менее 1 % ОИП) — материальные объекты, которыми могут являться предметы, фотографии людей, предметов или участков местности, карты, схемы, документы, написанные номера телефонов;
  • в случае слухового восприятия (более 99 % ОИП) — семантические понятия, т.е. идеальные объекты, каковыми являются вопросы тестов, каждый из которых охватывает отдельный элемент, условие, обстоятельство или характеристику события, причастность к которому следует установить с помощью полиграфа.

Появление в криминалистической диагностике «виртуальных» диагностирующих объектов является закономерным при обнаружении и изучении идеальных следов. Но не только диагностирующими, но и диагностируемыми объектами могут быть запечатленные в памяти человека семантические понятия, которые однозначно характеризуют события и явления внешнего мира. Практика показала, что диагностируемыми в ходе ОИП объектами могут являться фамилии и клички людей, адреса, наименования городов и регионов, наименование действий, даты и время событий и проч.

  1. Расширение возможностей предъявления для опознания. Обычно полагается, что предъявление для опознания (ПДО) имеет «итогом …логический вывод о … тождестве, сходстве или различии». В специальной литературе о ПДО упоминается, что «в практике судопроизводства возможно ложное опознание и ложное неопознание».

Однако, помимо указанных пяти ПДО имеет и шестой исход, который ранее не был известен отечественной криминалистике -умышленное неопознание8, т.е. намеренное сокрытие опознающим факта опознания предъявлявшегося ему для опознания объекта. Как показала мировая и отечественная практика, выявление умышленного неопознания -тривиальная задача для ОИП, которая успешно решается различными странами-пользователями полиграфа уже десятки лет.

  1. Расширение возможностей криминалистической профилактики правонарушений и преступлений. Появление скрининговых ОИП в США в 1930-е годы было обусловлено тем, что работодатель — государственное учреждение или коммерческая организация -стремился использовать труд лиц. которые, выполняя свои служебные обязанности, не нанесли бы ему ущерба, вреда, а также соблюдали установленную дисциплину.

С середины 1990-х годов федеральные ведомства и негосударственные учреждения России взяли на вооружение скрининговые ОИП: их вхождение в практику работы с кадрами внесло весомый вклад в развитие одного из наименее разработанных разделов криминалистики — криминалистическую профилактику9. Применение полиграфа в кадровой работе превращает ОИП в частный метод криминалистической профилактики преступлений и правонарушений, связанных с исполнением служебных обязанностей.

  1. Образование нового направления отдела «Криминалистическая техники». После легализации полиграфа в России криминалистика на протяжении ряда лет не знала, как реагировать на его применение в ОРД. К концу 1990-х годов ОИП был определен как одно из «нетрадиционных средств получения значимой для расследования преступлений информации» и отнесен к разделу «Криминалистическая техника».

Одновременно формировалось мнение, что «совокупность научно-прикладных знаний об использовании психофизиологического метода «детекции лжи» с помощью полиграфа (или иных аппаратно-программных средств) должна рассматриваться в качестве самостоятельной отрасли криминалистической техники, которая входит в состав раздела «Криминалистическая техника»,… и занимается практикой применения технико-криминалистических методов и средств обнаружения в памяти человека следов событий, значимых для раскрытия и расследования преступлений».

Прошло несколько лет, и криминалистические диагностические исследования с применением полиграфа заняли положенное им место в отечественной криминалистике; в 2008 году они впервые были включены в учебник по криминалистике как самостоятельное направление раздела «Криминалистическая техника».

Успехи в разработке криминалистических диагностических исследований с позиций категориального аппарата современной криминалистической науки привели к тому, что метод ОИП стал применяться в форме судебно-психофизиологической экспертизы (СПФЭ), а их результаты — представляться в суд в качестве доказательств.

Но наряду с очевидными достижениями в применении ОИП в России, за последние годы накопился ряд частных проблем, которые существенно сдерживают дальнейший прогресс в данной области: многие вопросы правовою, методического, технического и иного характера, касающиеся использования полиграфа разработаны явно недостаточно.

Одной из таких проблем стало применение криминалистических исследований с применением полиграфа в форме СПФЭ.

Федеральный межведомственный координационно-методический совет по судебной экспертизе и экспертным исследованиям (ФМКМС) с 2004 года неоднократно рассматривал «проблему проведения исследований с использованием полиграфа» и СПФЭ. В декабре 2006 года ФМКМС поручил автору данной статьи «создать рабочую группу по проблемам проведения исследований с использованием полиграфа, в частности, определить предмет, объект и задачи исследования, рассмотреть программу подготовки специалистов полиграфологов».

Приняв такое решение, ФМКМС фактически констатировал, что базисные положения «исследований с использованием полиграфа» в форме СПФЭ — их предмет и объект, их задачи — не имеют в настоящий момент общепринятого толкования, а технология подготовки полиграфологов и, тем более, экспертов для выполнения СПФЭ требует критической оценки.

Применение СПФЭ в правоохранительной практике идет нарастающими темпами. Их востребованность и частота проведения в последние два-три года отодвинула на задний план нерешенность целого ряда вопросов теоретического и технологического характера. Методическое обеспечение СПФЭ явно отстает от нужд практики и не соответствует требованиям судебно-экспертной науки. Именно поэтому появляются заявления, «что использование отдельными судьями при вынесении приговора результатов опроса на полиграфе в качестве уголовно-процессуального доказательства является противозаконным, а тенденция умножения таких случаев судебной практики требует немедленного официального разъяснения со стороны Верховного Суда РФ».

Находясь в стадии своего становления, этот новый вид экспертизы наглядно продемонстрировал всю остроту вопросов, сложившихся в настоящий момент в отечественной технологии и практике использования полиграфа. Практика нуждается и СПФЭ. Но это вовсе не свидетельствует о том, что такие экспертизы должны проводиться любой ценой и кем угодно. Следует признать, что подавляющее большинство специалистов, выполняющих в настоящее время СПФЭ, не обладают уровнем квалификации, необходимым для проведения этого вида экспертиз, и то, что они проводят с помощью полиграфа как СПФЭ, в большинстве случаев именовать экспертизой недопустимо. Более того, многие такие «эксперты» даже не подозревают, что технологии тестирования человека на полиграфе (ТНП) в условиях ОРД и при СПФЭ существенно отличаются, а некоторые модели компьютерных полиграфов не пригодны для методически корректного проведения экспертизы.

Поэтому никакими благими помыслами нельзя оправдать действия тех «энтузиастов СПФЭ», которые, «проработав с полиграфом пятнадцать лет» и не поняв различие в применении полиграфа в условиях ОРД и в форме СПФЭ, заявляют, что «все споры на методические темы «от лукавого».

Нельзя также одобрить действия тех, кто стремится любой ценой «продавить» новый вид экспертизы в практику, хотя предлагаемая ими методика СПФЭ не удовлетворяет установленным требованиям. Речь, в частности, идет о «Видовой экспертной методике производства психофизиологического исследования с использованием полиграфа» («Видовая методика»), которая была разработана в 2005 году негосударственным «Центром независимой комплексной экспертизы и сертификации систем и технологии» (ЦНЭКС) и которая усиленно рекламируется в качестве единственно верной методики СПФЭ.

«Видовая методика» содержит целый ряд огрехов и изъянов. Не имея возможности остановиться на выявленных ее недостатках подробнее19, отметим лишь, в качестве примера, что является ошибкой выносить на решение в ходе СПФЭ вопросы следующего содержания:

  1. Выявляются ли в ходе психофизиологического исследования с использованием полиграфа реакции, свидетельствующие о том. что гражданин(ка) — Ф.И.О. располагает информацией о деталях случившегося?
  2. Вследствие отражения каких обстоятельств могла быть получена обследуемым лицом эта информация? Могла ли она быть получена в момент события?

Издержки «Видовой методики» обусловлены тем, что впей изначально был ошибочно определен объект СПФЭ, который уже был описан ранее. Ошибка в определении объекта СПФЭ неизбежно повлекла за собой ошибочное определение задач и формулирование вопросов СПФЭ (об этом упоминалось выше), хотя «основные вопросы, решаемые с помощью исследования на полиграфе» также были описаны ранее.

За этим последовали неудачные рекомендации по формулированию выводов с результатами экспертизы и. наконец, некорректное определение самой компетенции полиграфолога при выполнении СПФЭ. Не меньше вопросов порождает само проведение СПФЭ по «Видовой методике». Полученные с помощью этой методики результаты экспертизы носят уязвимый характер не могут быть отклонены судом как невалидные.

Вызывает сомнение, что «начиная в ЦНЭКС работу по проведению» нового вида экспертизы, специалисты «осознавали всю глубину ответственности … за обеспечение практической деятельности по использованию» СПФЭ. Анализ «Видовой методики» побуждает присоединиться к мнению Комиссаровой Я.В. которая правильно полагает «недопустимым организацию частных экспертных контор, качество работы которых было бы невозможно контролировать».

Завершая статью, представляется целесообразным рекомендовать:

  • полиграфологам воздержаться от проведения экспертиз до создания научно-обоснованной методики СПФЭ и, в частости, от выполнения экспертиз по «Видовой методике»;
  • государственны.» органанам и негосударственным организациям избегать обращаться к помощи специалистов, использующих при проведении СПФЭ «Видовую методику»;

государственным экспертным учреждениям ускорить работу по созданию научно-обоснованной методики СПФЭ.


Для получения полного текста данной книги направьте заявку на почту Всеукраинской ассоциации полиграфологов:  info@polygraph.ua