fbpx

Зинченко Т.П. “Память в экспериментальной и когнитивной психологии”

Т. П. Зинченко

ПАМЯТЬ В ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНОЙ И КОГНИТИВНОЙ ПСИХОЛОГИИ

Виды памяти

2.1. Образная память

Запоминание, сохранение и воспроизведение индивидом его опыта называется памятью. Память включает навыки, созданные обучением, образные воспоминания и механизм узнавания.

Память включена во все многообразие жизни и деятельности человека. Поэтому формы ее проявления, ее виды чрезвычайно многообразны. В качестве наиболее общего основания для выделения в памяти различных видов выступает зависимость ее характеристик от особенностей деятельности, в которой осуществляются процессы запоминания и воспроизведения. При этом отдельные виды памяти дифференцируются в соответствии с тремя основными критериями.

По характеру психической активности, преобладающей в деятельности, память делят на двигательную, эмоциональную, образную и словесно-логическую.

Двигательная память связана с запоминанием и воспроизведением движений, с формированием двигательных умений и навыков в игровой, трудовой, спортивной и других видах деятельности человека. Доминирование у человека двигательной памяти встречается чрезвычайно редко. Так, у английского психолога Страйкера преобладала двигательная память над другими ее видами: недавно прослушанную оперу он вспоминал как пантомиму, при этом не слыша голоса певцов.

Эмоциональная память — память на чувства. Эмоции сигнализируют нам о том, как достигаются наши цели и потребности, как осуществляются наши взаимоотношения с окружающим миром. Пережитые и сохраненные в памяти чувства выступают как сигналы либо побуждающие к действию, либо удерживающие от действий, вызвавших в прошлом отрицательные переживания. Эмоциональная память может быть прочнее других видов памяти: иногда от давно прошедших событий в памяти остается только чувство, впечатление. На основе эмоциональной памяти могут развиваться так называемые безотчетные эмоции. Безотчетные эмоции, вызываемые неосознаваемыми раздражителями, — довольно обычное явление при многих невротических состояниях. Как отмечает П. Б. Ганушкин (1964), на эмоционально лабильного человека может действовать такая масса не учитываемых мелочей, что иной раз даже он сам не в состоянии понять, почему ему так тоскливо. Безотчетные эмоции могут возникать и у практически здоровых людей в экстремальных условиях, при напряженной работе, особенно требующей быстрых переключений внимания, умственном утомлении и т. д.

Словесно-логическая память — память на мысли, суждения, умозаключения. В ней закрепляется отражение предметов и явлений в их общих и существенных свойствах, связях и отношениях. Словесно-логическая память — это специфически человеческая память, в отличие от двигательной, эмоциональной и образной, которые в своих простейших формах свойственны и животным. Эта память является ведущей по отношению к другим видам памяти, и от ее развития зависит развитие всех других видов памяти.

Образная память связана с запоминанием и воспроизведением чувственных образов предметов и явлений, их свойств и наглядно данных связей и отношений между ними. Образы памяти могут быть разной степени сложности: образами единичных предметов и обобщенными представлениями, в которых может закрепляться и определенное абстрактное содержание.

Объем образной памяти не ограничен. Р. Шепард (1967), а затем Л. Стендинг (1973) обнаружили исключительные возможности узнавания сложного зрительного материала. В исследовании Л. Стендинга испытуемым предъявляли 11000 слайдов, и тем не менее успешность их узнавания в ситуации выбора составила через месяц после ознакомления 73% правильных ответов.

Образная память бывает нескольких типов: зрительная, слуховая, осязательная, обонятельная и вкусовая. Зрительная и слуховая память обычно хорошо развиты у всех людей. Объем слуховой образной памяти (как и зрительной) тоже велик. В исследовании Д. Лоуренса и В. Бенкса (1973) было показано, что испытуемые могут успешно узнавать (83% правильных ответов) отдельные звуки из прослушанного ими ранее набора 194 знакомых звуков — плач ребенка, скрип двери, лай собаки. Остальные типы памяти редко встречаются в чистом виде, и скорее можно говорить о преобладании у человека того или иного типа памяти. Редкий случай доминирования обонятельной памяти — это память Э. Золя: он думал о людях, домах, улицах в терминах запахов. Обонятельную, осязательную и вкусовую память можно в известном смысле назвать «профессиональными» типами памяти: как и соответствующие ощущения, они особенно интенсивно развиваются в связи со специфическими условиями деятельности субъекта.

Иногда встречается особый тип памяти — так называемая эйдетическая память (от греч. eidos — образ). Эйдетический образ — проецированный образ, обычно зрительный, но может быть и любой другой модальности, настолько четкий, ясный, красочный и дифференцированный по форме, что кажется всецело бодрствующему субъекту перцептом. Эйдетические, или наглядные, образы памяти являются результатом последействия возбуждения органов чувств внешними раздражителями. Они похожи на представление тем, что возникают в отсутствие предмета, но характеризуются такой детализированной наглядностью, которая недоступна обычному представлению. По образному выражению У. Джемса, при эйдетической памяти «мозг воспринимает как воск, а удерживает как мрамор».

Сущность эйдетического феномена заключается в том, что человек обладает способностью видеть в буквальном смысле этого слова на пустом экране отсутствующую картину или предмет, который ранее находился перед его глазами. Эйдетические образы занимают как бы промежуточное положение между послеобразами и представлениями, приближаясь у отдельных лиц то к одним, то к другим.

Впервые эйдетические образы были подвергнуты систематическому изучению в Марбургской психологической школе, которая возглавлялась Э. Р. Йеншем (1923). Однако описаны они были впервые венским врачом В. Урбанчичем, обнаружившим, что некоторые больные с потерей слуха могут с галлюцинаторной отчетливостью видеть отсутствующие в поле зрения объекты. Йенш рассматривал эйдетический феномен как необходимую фазу психического развития. Расцвет этой фазы приходится на возраст 14-15 лет. В дальнейшем эйдетическая способность обычно угасает. Эйдетизм у взрослых может служить предпосылкой к художественному творчеству. Известно, что эйдетической способностью обладали Гёте, Бальзак, Флобер, Бетховен, А. Н. Толстой и др.

Эйдетический образ — проецированный образ, обычно зрительный, но может быть и любой другой модальности, настолько четкий, ясный, красочный и дифференцированный по форме, что кажется всецело бодрствующему субъекту перцептом.

Йенш выделил пять степеней эйдетизма:

  • латентный эйдетизм, наличие которого устанавливается лишь косвенным путем, а именно тем, что изменение величины послеобразов при приближении или удалении экрана от глаз наблюдателя не соответствует закону Эммерта. Закон Эммерта гласит, что послеобразы увеличиваются в своих линейных размерах в строго геометрической прогрессии по мере удаления экрана от глаз наблюдателя;
  • слабые эйдетические образы от простых объектов (квадрата, круга и т. п.);
  • слабые эйдетические образы от более сложных объектов, в которых запечатлеваются некоторые детали рисунка;
  • эйдетические образы сложных объектов;
  • эйдетические образы высокой степени отчетливости и ясности от сложных объектов.

Появление эйдетического образа только после окончания стимуляции, мимолетность и детальная отчетливость делают его похожим на последовательный образ.

В чем состоит отличие эйдетического образа от послеобраза? Послеобраз является результатом дифференциальной адаптации рецепторов сетчатки. Такой образ как бы «выжжен» на сетчатке и не может перемещаться относительно нее. Эйдетический образ, напротив, динамичен, подвержен трансформациям. Кроме того, во время формирования послеобраза необходима довольно стабильная фиксация глаз, обеспечивающая дифференциальную адаптацию. Вероятность получения послеобраза изменяется обратно пропорционально количеству движений глаз во время рассматривания тест-объекта и возможности сканирования самого образа, когда он уже сформирован. Испытуемые-эйдетики, напротив, сканируют изображение во время его рассматривания и перемещают взгляд при описании образа.

Следовательно, эйдетический образ по своему происхождению не является сетчаточным, а есть образ памяти.

Основное отличие эйдетических образов от представлений состоит в том, что эйдетик видит отсутствующие предметы находящимися вовне. Вспоминаемый образ буквально проецируется вовне, происходит соответствующее приспособление зрения к восприятию этого образа. Специальные исследования показали, что рассматривание эйдетического образа сопровождается движениями глаз испытуемого. В этом отношении эйдетические образы сходны с галлюцинациями, но отличаются от последних объективным отношением к ним эйдетиков. Установлено наличие эйдетических феноменов в области слуха, осязания, обоняния и других видов чувствительности.

Эйдетические образы обычно динамичны, изменчивы, фрагментарны: наблюдается смещение деталей образа, одни из них могут на время исчезать, другие — становиться более четкими. В эйдетическом образе могут воспроизводиться объекты, которые демонстрировались в разное время. Может утрачиваться различение эйдетических образов и образов, вызванных реальным раздражителем. Часто эйдетические образы становятся объемными и подвижными, отмечается как бы «оживление» деталей запечатленного рисунка: ветви деревьев раскачиваются, поезд движется и т. п. Уже, казалось бы, угаснувшие эйдетические образы часто без какой-либо очевидной причины через несколько часов оживают вновь. Они репродуцируются в сновидениях, насильственных воспоминаниях, галлюцинациях.

Было предпринято достаточно много исследований особенностей восприятия и воображения у детей-эйдетиков. Однако ввиду трудноуловимой природы эйдетического феномена методы отбора детей-эйдетиков не отличались строгостью. Основной методический прием состоял в следующем: испытуемому предлагалось рассматривать в течение 10-15 с картинку, содержащую большое число различных деталей. Затем картинка убиралась из поля зрения испытуемого и ему предлагалось по возможности подробнее описать ее содержание. Если испытуемый при этом называл большое число деталей, предполагалось, что он продолжает видеть картинку.

Однако точность описания не может быть доказательством наличия эйдетической способности. Экспериментальные данные показали, что количество деталей, содержащихся в эйдетическом образе, обычно не так уж феноменально велико, хотя наблюдались и поразительные исключения.

Используя данную методику, Йенш и его сотрудники обследовали детей г. Марбурга, в котором они работали. По результатам этого исследования наличие эйдетической способности было обнаружено у 60% подростков.

Исследования Марбургской психологической школы не нашли продолжения и в дальнейшем использовались для обоснования фашистской типологии личности.

В более поздних исследованиях делались попытки более дифференцированного изучения эйдетических образов. Р. Хейбер (1969) описал некоторые свойства эйдетических образов на основе результатов исследования, проведенного на 20 детях-эйдетиках, отобранных из 500 обследованных детей. Одной из основных задач исследования было уточнение природы эйдетических образов — зрительной или мнемической. В эксперименте определялась длительность экспозиции тест-объекта, необходимая для формирования эйдетического образа. Оказалось, что она составляет 5 с при угловой величине эйдетического образа 2°-3°. Эта площадь примерно перекрывается фовеальной зоной сетчатки, обеспечивающей отчетливое видение. Таким образом, для получения полного образа картинки размером 5×5 необходимо по крайней мере четыре зрительные фиксации. Автор установил связь между временем экспозиции и полнотой эйдетического образа: если времени для наблюдения было недостаточно* дети сообщали, что в образе не воспроизводятся отдельные части картинки, хотя они могут вспомнить их содержание.

Длительность эйдетических образов у некоторых испытуемых Хейбера достигала 10 мин и более, у других наблюдались отчетливые образы продолжительностью не более 1 мин, причем ни один из испытуемых не мог произвольно продлить эйдетический образ.

Почему дети-эйдетики не испытывают никаких трудностей, несмотря на непрерывную «бомбардировку» образами? Автор выявил несколько способов, с помощью которых дети управляют появлением образов. Один из них заключается в том, чтобы ни на что не смотреть слишком долго. Кроме того, можно «стереть образ» путем интенсивных миганий глаз или отведя взгляд от экрана, на котором предъявлялась картинка и куда проецируется образ. Наконец, называние предметов, изображенных на картинке, препятствует возникновению образа. Очевидно, что дети- эйдетики сохраняют информацию либо в виде образов, либо в виде словесной памяти и не обладают одновременно и той и другой способностью. Эти данные свидетельствуют о зрительной природе эйдетических образов.

Р. Хейбер разработал специальную методику эксперимента, позволяющую проверить зрительную природу эйдетического образа. С этой целью испытуемому последовательно предъявляют две картинки, первая из которых содержательная. При ее наложении на вторую получается третья картинка, образованная комбинацией двух предыдущих. При последовательном рассмотрении картинок узнать, что получится в результате наложения, можно лишь при условии сохранения образа первой картинки в течение времени, достаточного для наложения его на вторую картинку.

Современные исследования эйдетизма заставляют еще больше усомниться в данных о характеристиках и распространенности эйдетических образов. В результате одного из детальных обследований среди 1570 школьников г. Марбурга не было обнаружено ни одного эйдетика. (Траксел В., 1962). В уже упоминавшемся исследовании Р. Хейбера (1969) было установлено, что дети с некоторыми косвенными признаками эйдетизма ничем не выделяются в отношении своих способностей запоминать зрительный материал.

Основные четыре вида памяти — двигательная, эмоциональная, образная и словесно-логическая, — в соответствии с гипотезой П. П. Блонского (1964), представляют собой генетически различные уровни памяти. Они появляются в онтогенезе не одновременно: раньше всего выступает двигательная память, вскоре за нею эмоциональная, несколько позже — образная память и гораздо позднее словесно-логическая. По утверждению П. Жане, эта память развивается у ребенка начиная только с 3 или 4 лет. Развитие этой памяти продолжается еще в юношеском возрасте.

Многообразие проявлений памяти — зрительная, слуховая, двигательная, осязательная и др. — привело к постановке вопроса, существует ли память как единое свойство сохранять и воспроизводить ранее имевшиеся впечатления или же, говоря словами С. С. Корсакова, есть «отдельные специальные памяти для различных родов впечатлений». У. Джемс, например, считал неправильной постановку общей проблемы памяти, так как, по его мнению, нет единой способности к запоминанию, а есть множество различных видов памяти со свойственными им специфическими закономерностями.

Эта точка зрения подтверждается многочисленными наблюдениями, с одной стороны, над случаями так называемой исключительной памяти и — с другой — данными клиники. Известна феноменальная музыкальная память Моцарта, Бетховена, зрительная — художников Ге и Доре. Существует много свидетельств о лицах, обладавших исключительной памятью на числа. А. Македонский знал по именам всех своих солдат. Такой же феноменальной памятью на лица обладал наш полководец А. В. Суворов. Указанием на наличие «специальных хранилищ памяти» служат,и так называемые частные амнезии: забывание слов (амнестическая афазия) или только какой-то определенной их категории, например географических названий; амнезия только зрительных представлений и т. п. В этом же плане можно рассматривать и иногда встречающуюся при врожденном слабоумии комбинацию дефектов памяти в одних областях (обычно понятий или логических отношений) с чрезвычайным изощрением ее в области чувственных впечатлений или чисел, а также такое расстройство памяти, которое Корсаков назвал утратой значений предметов.

Против гипотезы «специальных» памятей свидетельствуют лишь чрезвычайно редкие случаи универсальной феноменальной памяти. Такой памятью обладал журналист Шерещевский, память которого в течение нескольких десятков лет изучали А. Р. Лурия и А. Н. Леонтьев.

Итак, результаты многолетнего изучения памяти позволили произвести ее первичное феноменологическое разделение. Вместе с тем проблема механизмов памяти до настоящего времени остается дискуссионной.


Для получения полного текста данной книги направьте заявку на почту Всеукраинской ассоциации полиграфологов:  info@polygraph.ua